ЗЕРКАЛО ИСТОРИИ. РОД СИЗОВЫХ

Семья – это цепочка, связывающая разные поколения, и каждый из нас является звеном этой цепи, в которой есть свои секреты, драмы, поводы для гордости.

Валентина Орлова поделилась с нашими читателями историей семьи своего деда Алексея Сизова из деревни Скрипцово. Опираясь на воспоминания родственников и свои собственные, она написала рассказ, который бережно хранит память о предках. Своим рассказом она показала пример полного принятия этой истории такой, какая она была, глубокое знание своих истоков и уважительное отношение  к наследию.

За рассказом Валентины Юрьевны стоит огромная работа с аматериалами разных источников. Она работала над изучением исторических событий Российского государства и исследовала родословную Сизовых. Это позволило ей сделать свои личные предположения о том, как её предки поселились на волжских берегах.

В нашем же материале Валентина Орлова делится личными воспоминаниями о жизни её родственников.

Яркие воспоминания из детства

Мысленно я вновь и вновь возвращаюсь в деревню Скрипцово. Там прошло самое счастливое время моей жизни. Передо мной крутой спуск к Волге. На вершине горы, на самом краю растёт черемуха. Я забираюсь на дерево, повыше, и передо мной раскрывается Волга во всей своей красе. Мне удивительно хорошо. Рядом в доме находятся мои надёжные родители и бабушка.

По моим детским воспоминаниям, дом моего дедушки Алексея Александровича, 1885 года рождения, и моей бабушки Ирины Петровны, 1898 года рождения, располагался на самой вершине горы. Но речь пойдёт об их большой семье.

Разорённая семья и страшное потрясение

На заволжской земле в конце 19 века при Свято-Богоявленском храме открываются первые школы. Где и какое образование получил мой дедушка, Алексей Александрович, мне пока неизвестно, однако предки мои были людьми грамотными и детям своим старались дать образование, что доказывает их трудовая деятельность. В 1871 году недалеко от деревни Скрипцово открывается химический завод, основателем которого является Василий Философов. Многие члены семьи получили химическое образование, кто-то работал аппаратчиком, а кто-то занимал и руководящие должности. Затем началась Первая мировая война. По некоторым данным, участие в военных действиях в войсках конной кавалерии принимал и мой дедушка.

После Первой мировой и гражданской войн началась массовая коллективизация единичных крестьянских хозяйств, объединение в колхозы. При вступлении в колхоз семьи безвозмездно передавали в коллективную собственность свой скот, сельхозтехнику, семена, землю. Так двор бабушки и дедушки опустел. Алексей Александрович безвозвратно сдаёт свою скотину, сельхозтехнику и прочее в новообразовавшийся колхоз, сам устраивается в этом же колхозе счетоводом. Со слов моего папы, скотина не ожидала такого поворота событий, ревела во все голоса, просилась домой, в свой хлев. Надои молока резко снизились, Каждый до слёз жалел свою скотину, пытался её успокоить, из выделенного на сутки фуража старался свою скотину покормить получше. Семья моего дедушки, как и многие другие семьи того времени, стала жить впроголодь. Дед покидает колхоз. Из архивной справки следует, что Алексей Александрович устроился извозчиком на химический завод.

Вытяжка

Из воспоминаний земляка: "Это был высокий, сильный, здоровый мужчина, легко мог поднять и перенести такую тяжесть, с которой не каждый мог справиться. Морозов не боялся, пальто носил всегда нараспашку".

По воспоминаниям родных и знакомых, мой дедушка в последнее время работал в одном из цехов завода. Цех, где он работал, часто взрывался, и причину долго не могли найти. После очередного взрыва в цех на работу приняли новенького. Алексей Александрович был занят и попросил аппаратчика объяснить схему работы линии. Тот начал объяснять. Дед невзначай прислушался и неожиданно гаркнул: "Ты что, хочешь, чтобы опять цех взорвался!?" Далее уже контролировал аппаратчика. Доложить об этой ситуации в цехе вышестоящему начальству он либо не успел, либо отложил, либо пожалел аппаратчика, а главное его семью. Закончилась рабочая смена, и Алексей Александрович со спокойной душой ушёл домой.

На следующий день рано утром в Скрипцово въехал «чёрный воронок». Закрутились жернова, перемалывающие жизни и судьбы людей. Арестовали тем ранним утром в Скрипцове трёх мужчин: моего деда Алексея Сизова, Голубинского и Чернова. Народ в Скрипцове притих, появилась осторожность в общении даже среди родственников. Мой дедушка был осуждён по статье 58 как враг народа на 10 лет без права переписки. Умер в Юрьевецкой колонии в 1942 году в возрасте 57 лет. Из трёх осуждённых возвратился домой только один Голубинский, уже в пожилом возрасте. Я помню этого дедушку: приятной наружности старичок с бородкой, интеллигентный, седовласый, культурный. Дедушка спокойно, небольшими шаркающими шажками подошёл ко мне, положил руку на моё плечо и, глядя мне прямо в глаза, заботливо сказал: "Что бы ни говорили тебе про твоего деда, никого не слушай. Помни, твой дедушка был очень хорошим человеком. Он сильно переживал за вас..." Эти слова дедушки Голубинского с детства глубоко запали мне в душу, и я их хорошо запомнила. Не зря дед переживал за семью и своих детей, ведь его семье было приклеено  клеймо "врагов народа". Его детям было запрещено получать высшее образование и занимать руководящие должности, а человек, что оговорил деда, вскоре уволился с завода и уехал в неизвестном направлении. Многие из рода Сизовых тогда пострадали.

Итак, Алексея Александровича арестовали, дом без хозяина опустел. Его старшему сыну Валентину исполнялось тогда 18 лет, он уже служил в РККА в Брест-Литовске, Юрию - 15 лет, Владимиру - 10 лет, Алексею - восемь лет. Адольф родился, когда отец его уже находился в колонии. Приёмный сын Павел в это время служил в рядах Красной армии.

Обыск в родном доме, неожиданный арест трудолюбивого и заботливого отца, несправедливое обвинение его во вредительстве, естественно, повлияли на характеры и судьбы парней, особенно на младшего, Алексея. Ведь до этого они жили в заботе и моральной поддержке родителей, что придавало уверенности в жизни. Не каждый такое выдержит.

С произошедшей трагедией в семье как-то справились, скорее всего, не без поддержки жителей деревни. Первым мужем моей бабушки, Ирины Петровны, был революционер Григорий Мамонтов, он погиб в гражданскую войну. Наверное, это и помогло сохранить дружеские отношения окружающих к семье.

Алексей Алексеевич Сизов(1930 года рождения)

Произошедшие события вызвали в подростке бурю эмоций, негодование и злость к руководящим органам. Полученный стресс и арест отца дали о себе знать в поведении Алексея. Мальчик закончил только три класса и отказался от дальнейшего обучения в школе. В 12 лет устроился на работу. Его депрессия, злость, нежелание подчиняться, дерзкое поведение проявились к военизированной охране завода, напоминавшей ему арест его отца, с чем он до самой смерти так и не смирится. Алексея уволили за хулиганство. Судьба его свела с организованной преступной бандой, дома стал появляться редко. Алексея арестовали, когда он ночью направлялся к любимой женщине. Я смутно вспоминаю суд: полный зал народа, мест свободных нет. Мои родители стоят в сторонке, недалеко от дверей. Алексея выводят в наручниках. Я вижу высокого, молодого, сильного, красивого парня с вьющимися тёмными волосами.

Затем тюрьма. Организованный бунт, попытка побега. Тюрьму окружили солдаты, милиция, пожарные из брандспойтов мощной струёй поливали восставших осуждённых. Смерть. Алексею не было ещё и 25 лет...

Адольф Алексеевич Сизов(20.07.1938 - 07.03.1992)

Это был человек, пожалуй, с самым сложным характером, избалованный. Человек искусства. Как самому младшему, бабушка отдала ему всю свою заботу и любовь.

С детства у него уже проявился интерес к музыке. Широкие волжские просторы, окружающая природа умиротворяли и вдохновляли его. Он играл на флейте на самой вершине горы, его мелодия лилась над необъятными волжскими просторами по всему Скрипцову. Он закончил Костромское музыкальное училище. Примерно в 1956 году Адольфа проводили на службу в армию. На проводы пришли все братья с жёнами. Гости пели песни, шутили, смеялись, уговаривали бабушку о нём не беспокоиться. Бабушка расстроилась, что остаётся одна в большом доме, а вскоре после проводов сына попросила сыновей переделать дом. Так прежний большой дом Сизовых был снесён и на его месте построили новый, в два раза меньше. Именно этот дом и запомнили жители деревни Скрипцово.

После службы в армии Адольф Алексеевич начинает преподавать на баяне уроки музыки в школе № 4 города Заволжска. Кажется, в это время Адольф и женился. Его стали часто приглашать на семейные торжества, праздники, свадьбы, юбилеи. Адольф Алексеевич вначале отказывался от таких предложений, просил совета у братьев и своей мамы, но потом решился. Вскоре Адольф Алексеевич начал приобщаться к алкоголю. Его брак распался, появилась полная свобода, и семейная жизнь больше его не интересовала. Но дочку Танюшку он никогда не забывал. Из школы, где требовалось придерживаться дисциплины, уволился.

Когда Адольф Алексеевич работал музыкальным работником при клубе, хор под его руководством обычно занимал первые места на областных смотрах. Он радовался и делился с родными, как в хорошо известную мелодию гармонично привносил некоторые элементы, и музыкальное сопровождение песни приобретало более душевную гармонию и значимость.

Понимание и отдушину Адольф Алексеевич нашёл в своих друзьях, которые были художниками. Он восторгался их талантом и дорожил ими.

В итоге за тунеядство он сел в тюрьму, из которой он вышел совершенно больным человеком, пальцы кистей рук плохо двигались, не слушались, работать с музыкальным инструментом он уже не мог. Мамы, как опоры уже не было. За то время, что Адольф сидел в тюрьме, не стало и его друзей. Адольф Алексеевич оказался одинок, да и страна была уже совсем другая. Наступила свобода и гласность. Адольф Алексеевич сделал запрос по обвинению, месту заключения и захоронения своего отца Алексея Александровича. Получил ответ, что отца его реабилитировали. Адольф ездил на место бывшей Юрьевецкой колонии, искал могилу отца, а на полуразвалившихся стенах бараков искал от него весточку, но так ничего и не нашёл. Зато привёз, как Адольф сообщил родным, в память об отце подругу жизни. Оказалось, себе на беду. Она жила своими интересами, и до Адольфа ей не было никакого дела.

Валентин Алексеевич Сизов (1920 -18.04.1942)

Окончил семь классов и школу ФЗО. С апреля по октябрь 1940 года работал электриком механического отдела Кинешемской прядильно-ткацкой фабрики № 2. В ноябре 1940 года был призван Кинешемским райвоенкоматом в ряды Красной Армии и направлен в Брест-Литовск для прохождения службы. Перед самой войной, после первомайского праздника, полк вывели в летние лагеря, о чём свидетельствует последнее письмо Валентина своей маме, Ирине Петровне. Началась Великая Отечественная война, полк оказался невооружённым, так как всё оружие находилось только в крепости. Пробираясь разными путями в крепость в ходе боевых действий, военнослужащие невольно попадали в плен. Вероятно, таким образом в плен попал и Валентин. Папа часто с уважением вспоминал своего брата, ставил его в пример, сетовал, что после окончания войны не знал его дальнейшую судьбу. Лично мне хотелось сделать папе подарок, по такому случаю последнее письмо Валентина вместе с моей просьбой было отослано писателю Сергею Смирнову, который в послевоенное время занимался расследованием боевых действий Красной Армии и на основе их писал рассказы и статьи о войне. Ответ пришёл от майора Купчикова, который служил в это время в Брестской крепости и тоже интересовался её защитниками в годы Великой Отечественной войны, а затем произошла с ним встреча. Из разговора с ним я узнала, что он сам был поражён героическим мужеством защитников Брестской крепости. Вскоре в газете "Авангард" был опубликован его рассказ "Непокорённый" о Валентине Алексеевиче. В рассказе майора описывалась довоенная служба Валентина и то, что за отличную охрану государственной границы Валентин был награждён десятидневным отпуском домой, которым он так и не воспользовался.

Таким образом, мой папа узнал о судьбе своего брата, а деревенские жители - о судьбе земляка. Зоя Муратова, прочитав эту статью, при встрече сообщила мне: "А мы в Скрипцове думали, раз отца осудили, значит, и сын перешёл на сторону врага..." Так было восстановлено доброе имя Валентина и семьи в целом.

22 июня Гитлер напал на Советский Союз, а 23 июня днём фашисты взяли Валентина в плен, но даже со связанными руками Валентин был страшен немцам, его вели несколько человек с автоматами. Умер Валентин 18 апреля 1942 года в концлагере.

В 1968 году в честь 50-летия Вооружённых Сил СССР в Бресте был открыт мемориальный комплекс защитникам крепости. На открытие комплекса была приглашена и я, но так как я была в то время иждивенцем-студенткой, а мои родители сами нуждались в денежных средствах, то посетить это торжественное событие я не смогла. В память о своем брате Валентине мой папа передал мне его имя. Жизнь продолжается…

Юрий Алексеевич Сизов(02.07. 1923 - 02.03.1999)

Образование - семь классов и ФЗО. Во всём его облике отражаются черты военнослужащего-солдата Улановского полка, фото которого хранится в семейном архиве. Папа никогда не рассказывал о своём участии в Великой Отечественной. Однако многое из его жизни мне стало известно, когда я случайно, уже после его смерти, наткнулась и прочитала написанное им 24 января 1999 года и неотправленное письмо какому-то министру.

Из письма моего папы я узнала, что он был призван на службу в 1942 году, в 18 лет, зачислен в 472 строительный батальон ГУАС НКВД и направлен в Калининскую (ныне Тверскую) область на Хотиловский аэродром.

Немецкая авиация крупными силами вела интенсивную бомбардировку советских аэродромов, в том числе и Хотиловского. Солдатам было необходимо не только быстро и часто латать посадочную площадку после бомбёжек, но и защищать её. Не только сверху сыпались на них бомбы, но и вокруг шли смертельные сражения. Вот в таком пекле войны и началась у моего отца служба в армии.

После окончательного разгрома фашистами Хотиловского аэродрома строительный батальон № 472 был перебазирован в Мурманскую область для срочного строительства авиационной посадочной площадки в Заполярье для отражения врага и охраны горла Белого моря. Суровый заполярный климат, сильный ветер, голод быстро отразились на здоровье военнослужащих. Бойцы начали болеть цингой. Как выжили, одному Богу известно, но посадочную площадку для самолётов построили. 

Из письма папы: "Во время демобилизации в 1946 году, как сейчас помню, нас выстроили и объявили, что на нас дали три медали, а кому давать, не знаем. Все заслужили." Однако позже, разыскивая события военного времени в Заполярье я обнаружила информацию о том, что Юрий Алексеевич Сизов, уроженец деревни Скрипцово, в 1946 году был награждён медалью "За отвагу".

После войны, подлечившись в московском госпитале, Юрий Алексеевич возвратился домой. Началась мирная трудовая жизнь, но подорванное войной здоровье отец так и не восстановил.

Память о минувшей войне мужчины нередко заливали алкоголем, но своего папу я ни разу не видела даже выпивши. Ни разу не видела его и в праздничных костюмах. Он всегда ходил в чистой рабочей спецовке. Папа не говорил ласковые слова, порой был даже очень строг, но он всегда жил нами, переживал за наши неудачи и радовался нашими успехами. В раннем детстве он выпиливал нам игрушки из фанеры, особенно запомнился экскаватор, как настоящий. Смутно вспоминаю, как папа учил меня запоминать буквы и складывать их по слогам. Папа разводил кроликов, и мы вместе ходили за травой на овраг. В свободное от работы время он пытался заниматься фотографией, несколько его фото хранятся в семейном архиве. Изучал садоводство, развел у дома сад, где росли вишни разных сортов, яблони, груши, сливы, смородина, крыжовник. Мама всегда просила его посеять морковку - рука лёгкая. По вечерам часто читал нам интересные статьи из газет или рассказы, мы внимательно его слушали, а потом весь вечер ходили под впечатлением, обсуждали услышанное. Родители мои были неисправимыми тружениками, созидателями, вместе они исполнили папину мечту - построили кирпичный дом со всеми удобствами. Это был первый частный дом в Заволжске в то время с такими удобствами. Папа и детей приучал к труду и заботе о старшем поколении. Всей семьёй мы трудились в огороде, сажали картошку, собирали урожай. В наши детские обязанности входило обеспечение бабушки, Ирины Петровны, ключевой водой. Всей семьёй мы любили ходить в лес за ягодами, грибами и орехами. Мы наслаждались природой, а папа раскрывал нам загадки леса, учил находить дорогу домой. С ним было даже в лесу уютно, бесстрашно. Благодаря ему мама побывала в Москве, была на Красной площади, ездила в метро. Приехала радостная, счастливая, с восторгом вспоминала поездку. В мои 17 лет и я была в Москве, путешествовала в туристическом автобусе, а папа в это время закупал домой продукты питания. Праздники, как и День Победы, мы обычно отмечали в кругу семьи, дома. Готовились заранее: варили студень, лепили пельмени, мама пекла вкусные пирожки. За праздничным столом родители беседовали, а мы, дети, убегали на улицу. Там было весело.

На кладбище на двух могилках стоит по крестику. Оставшаяся память о моих дорогих родителях...

Павел Григорьевич Мамонтов(26.12.1917 - 13. 11.1998)

Высокий, худощавый, интеллигентный, приятной наружности мужчина, сын от первого брака моей бабушки, Ирины Петровны с Григорием Мамонтовым. Григорий был большевиком, погиб в гражданскую войну, и в 19 лет бабушка овдовела. Вторым её мужем и стал мой дед, Алексей Сизов.

Павел Григорьевич, будучи уже в годах, вспоминал своего отчима с большим уважением и душевной теплотой, вспоминал, как однажды отчим сказал ему: "Я бы мог усыновить тебя и дать свою фамилию, но ты лучше сохраняй память о своем отце, носи его фамилию, не забывай." И Павел Григорьевич к этому добавил: "Именно это и спасло меня от клейма "враг народа".

Призывался на службу Кинешемским военкоматом в 1940 году, зачислен в 274 артиллерийский полк. Это полк был в то время привилегированным, надежда охраны СССР. Войну встретил во время службы в армии, воевал на Южно-Украинском фронте. Хотя и принимал активнейшее участие в боевых действиях, но вспоминал о ней очень редко. Однажды рассказал, что враг был силён, вероломно рвался к нефтяным залежам, необходимо было сдерживать его. Предатели не редко стреляли в спины отступающих. Приходилось вести оборону со всех сторон.

Домой Павел Григорьевич вернулся в 1946 году в звании младшего лейтенанта с фронтовой женой, Ниной Чижиковой. На груди его блестело множество государственных наград. Нина Васильевна и Павел Григорьевич прожили в мире и согласии. Павел Григорьевич работал начальником на лесозаводе в Кинешме, Нина Васильевна - бухгалтером в ОРСе города Заволжска.

Владимир Алексеевич Сизов(13.01.1928-12.07.1999)

Высокий, черноволосый, с вьющимися волосами, скромный, трудолюбивый мужчина. Закончил семь классов и в 14 лет в 1942 году начал трудовую деятельность в цехе № 18 химического завода № 756. В 1947 году был призван в ряды Красной Армии. Служил в Псковской воздушно-десантной дивизии, за время службы совершил более 100 прыжков с парашютом, демобилизовался в конце 1951 года. Вернулся домой в чине сержанта и с медалью на груди. Это был завидный жених для заволжских девчат. После демобилизации Владимир Алексеевич устроился аппаратчиком на прежнее место работы, в тот же особо травный цех. 25 мая 1952 года он женился на Нине Гуровой. Нина Васильевна очень любила своего мужа, в её устах, наверное, всегда звучало его имя как "мой Володя". Они вместе построили собственный деревянный дом, облагородили вокруг него землю, посадили плодовые деревья. Нина Васильевна каждую весну под окнами дома рассаживала красивые цветы, которыми любовались прохожие. Вместе вели хозяйство. Владимир Алексеевич во дворе своего дома оборудовал для себя мастерскую, где любил что-либо мастерить из дерева, всё делал добротно, качественно и аккуратно. По заказам сделал немало горок, комодов, столов, табуреток, его изделия пользовались спросом. Любители рыбной ловли заказывали у него деревянные лодки, которых он сделал не менее 20 штук. Владимир Алексеевич помогал и соседям - где делом, а где и просто советом. Нередко после работы он уплывал на своей лодке рыбачить в ночной тишине на Волге. Как и вся семья Сизовых, он любил жизнь и окружающую его природу. Владимир Алексеевич нередко делился своим уловом с родными. Благодаря ему и на нашем столе появлялась вкусная волжская жареная рыба. В праздничные дни, когда родные и близкие собирались вместе за семейным застольем, шуткам и прибауткам братьев Владимира и Павла не было равных. Они вызывали у окружающих восторг и создавали отличное настроение. Павел Григорьевич и Нина Васильевна пели оперетты, Владимир Алексеевич читал по памяти  "Василия Тёркина".

В 1978 году он выработал трудовой стаж по особо травному списку и ушёл на заслуженный отдых. Правда, отдыхать ему долго не пришлось, помогал обустраивать жильё своим детям и мне тоже, а при развале СССР он вынужден был снова устроиться на работу. Жена, Нина Васильевна, порой не понимала мужа, а её любовь к нему начала проявляться в болезненной ревности, что и начало разрушать их семейную идиллию. 12 июля 1999 года в возрасте 71 года Владимира Алексеевича не стало. Через два месяца вслед за ним ушла и его жена, Нина Васильевна.

Плашка

Моя бабушка Ирина Петровна – уроженка деревни Выползовка Костромской губернии, крестьянка читала книги запоем, именно с ней, будучи еще дошкольницей, я посетила впервые заволжскую библиотеку. Она овдовела в 44 года, осиротели шесть её мальчишек, из них один младенец. Всех, кроме Павла, объединяло клеймо "врагов народа". Когда я подросла, вместе мы ходили в лес за грибами. Бабушка могла предсказывать судьбу, гадая на картах. Как-то бабушка поделилась со мной: "Меня считают колдуньей. Поверь, я не колдунья, я просто на картах помогаю людям пережить их трудности..." При своих невзгодах она помогала ещё и людям! Как гадалку долго помнил её здешний люд.

В рамке

Для справки

Деревня Большое Скрипцово располагалась на самом берегу реки Волги. В 1934 году деревня вошла в состав посёлка Заволжье, а в 1954 году в состав города Заволжска. С расширением химического завода в 1974 году исчезла и эта деревня Скрипцово. Её жители переехали в многоквартирные дома  города.

Под чертой

Во всех семьях складывается своя история, но важно помнить и сохранять связь поколений, бережно относиться своей родословной. Она неразрывно связана с ритмом огромной страны под названием Россия.

На фото: Семья Алексея Александровича Сизова. Жена Ирина Петровна, сыновья Валентин, Владимир, Юрий, Павел, Алексей.

Светлана Соколова

«Авангард», 2023