О НЕБЕСНОЙ НАУКЕ И ЗЕМНОМ СЧАСТЬЕ

В этом году звание «Почётный гражданин города Заволжска» присвоено Михаилу Сачкову. Михаил Евгеньевич – коренной заволжец. Он здесь родился в 1971 году, в 1988-м окончил среднюю школу № 3. В редакции газеты «Авангард» мы вспоминали школьные годы, и я попросила Михаила ответить на несколько вопросов и рассказать о себе поподробнее.

- Есть такие строки: «Как услышу слово «родина», сразу в памяти встаёт…» Продолжи, пожалуйста.

- У меня Волга встаёт в памяти. Волга была видна из окошка нашего дома, моё детство прошло на Волге. Волга для меня – символ родины.

- В становлении каждого человека есть главные люди, может быть, значимые события, произведения искусства, которые его сформировали. Что сформировало тебя как личность?

- Прежде всего, бабушка Таисия Михайловна Шахова, которая выковала, воспитала. Она у нас была такая патриархально-матриархальная, глава рода. Вроде бы малообразованная, точнее я бы сказал, самообразованная. Она была добрая, и при этом каждый внук считал, что он у неё самый любимый, для меня однозначно было, что я самый любимый.

Школа, естественно. Наша школа – совершенно удивительный феномен. Где-то в захолустье, и школа не на первом месте в районе, а столько всего в ней сосредоточилось… Иучителя наши. Я благодарен всему коллективу школы № 3. У нас были прекрасные учителя: первая учительница Любовь Ивановна Козлова, Орловы Евгений Михайлович, Татьяна Николаевна, Любовь Михайловна, София Васильевна Шестакова, Вера Константиновна Ратас… Хотелось бы перечислить всех, но формат газетной статьи не позволяет. Конечно, особую роль сыграли  Александра Николаевна Кондратьева и София Петровна Волкова, они помогли мне определиться в профессиональном плане.

Наш советский строй. Я чем дальше, тем больше понимаю, что я родом из Советского Союза. И всё больше вижу, что годы советского строя были не такие уж плохие, многое было организовано правильно, для людей.

А ещё у меня пиетет перед всем, что старинное, антикварное. В музее у Софии Петровны было много всего такого…

- Расскажи, пожалуйста, подробнее как сформировалось твоё увлечение астрономией.

- Если бы не было тут Бредихина, то никакой астрономии у меня не было бы однозначно. Дух его витал тут всегда, все мы знали, что он тут жил, видели склеп, музей, в музее трубы астрономические. В школе я ходил в астрономический кружок, который вела Александра Николаевна Кондратьева. Этот кружок опекало сначала нижегородское отделение Всесоюзного астрономо-геодезического общества, мы даже ездили к ним в Нижегородский пединститут. Потом подключилось ивановское отделение. Они оказывали методическую помощь, книжки дарили. Ну и как я говорил, музей, София Петровна Волкова. Так всё сложилось, что у меня другого пути просто не было: только МГУ.

- В чём польза астрономии как науки и как школьного предмета?

- Мироввозренческая. На бытовом уровне – объяснение того, что мы видим. Мы каждый день смотрим на небо. База астрономическая обязательно должна быть, потому что теперешний уровень необразованности зашкаливает. Астрология – это самое безобидное, а есть ещё оккультизм, представления о плоской Земле, о планете Нибиру... Развелось множество разных шарлатанов, изобретателей, которые не имеют элементарных научных представлений, читаешь их изобретения – примитивизм, абсурд. В том числе жутко падающий уровень собственных кадров. Отсутствие астрономической базы приводит к деградации общества, с моей точки зрения.

За возвращение астрономии в школу мы долго бились, в том числе я. Но и общество, и школа оказались не готовы к этому. Нет ни учителей, ни оборудования. Заволжску в этом плане повезло: есть такой прекрасный ресурс как музей, в нём – телескоп, научная база. Но и учебник, на мой взгляд, не должен быть перегружен формулами. Астрономию в школе, на мой взгляд, надо преподавать в описательно-познавательной форме.

- Нам пришлось жить непростое время. Какой период твоей жизни был самым трудным и почему?

- Наверное, у меня не было супертяжёлого времени. Пока я был студентом, родители как-то умудрялись помогать. Первые годы я не работал, жил на стипендию и родительскую помощь. Потом приходилось работать параллельно с учёбой. Аспирантура была сама по себе, заработок – сам по себе, причём занимался физическим трудом, поскольку интеллектуальным тогда было не заработать. Ну и потом работать приходилось много всегда. Зарплаты у нас в институте только в последние годы стали хорошими.

Морально самыми сложными были 90-годы. Они в памяти почти не остались. Вся молодость, самые ценные годы оказались почти вычеркнуты из жизни. Бессмысленное проведение времени, когда ты работаешь ради денег и что-то пытаешься делать по основной деятельности, в виде науки, чтобы не выпасть. Выпали многие.

- А тебе никогда не хотелось уехать за границу?

- Мысли такие были, но попыток я не делал.

- Ты много ездишь по миру. Эти поездки как-то изменили твоё отношение к стране или к жизни вообще?

- Во-первых, я увидел, что везде одинаково. Когда не ездишь, думаешь, что там мёд. Однозначно это не так. Да, конечно, то, что у нас обострено, у них чуть-чуть сглаженнее, продуманнее. Зарплаты там повыше. Но учёные тоже получают гораздо меньше, чем в промышленности. С медициной там хуже. Может, я говорю советскими штампами, но мы морально более крепкие, чем в целом Запад.

Осознание того, что там то же самое, помогло по-другому посмотреть на нашу страну. Нам долго вдалбливали, что мы не великая держава, и надо с этим смириться. Поездив туда, я понял, что Россия – великая и сильная. Мы – гигант. По мощи, по силе и по богатству. Всё равно Европа бедная по сравнению с нами. То есть у людей там благосостояние выше, но большие проекты там не осилить. Нам надо всё или ничего. Мы не можем согласиться участвовать в проекте одним процентом. Нам надо быть главными.

- Это правильная позиция?

- Я не знаю, правильная ли она, но она единственно возможная. Может, это великодержавный шовинизм, имперские амбиции. Но это так. Мы не можем быть одними из ста. Двигаясь мелкими шагами, ты безнадёжно отстанешь. Прорыв не возможен без масштабов.

- А нам надо догонять? Я имею в виду астрономию.

- Мы на уровне в теоретической астрофизике. В космической части мы не отстали. Мы сильно отстали инструментально, нагнать это помогут только мегапроекты.

 - В процессе работы тебе приходится заниматься научной, преподавательской, административной деятельностью. Какая из них тебе ближе?

- Ближе, интереснее, конечно, научная. Но 90 процентов времени занимает административная.

- Ты успешный человек. А что для тебя значит «успешный»? Какое своё достижение ты бы назвал самым главным жизненным успехом?

- Я скажу, наверное, банальную вещь: семья. У меня красавица-жена Марианна, два сына: Арсений и Артемий. Без семьи всё бессмысленно. Всё, что я делаю – я делаю не для себя. Семья – это основа.

- А деньги, должности, возможности?

- Должности? А что они дают? Какие возможности? Для чего? По заволжским меркам, я, возможно, богатый человек. Ну я заработал деньги. А зачем они нужны? Что я с ними буду делать, если нет семьи? Я не тот учёный, который замкнулся в науке. Любые наши научные достижения через несколько лет устареют.

- А в какие моменты ты испытываешь счастье?

- Эти моменты тоже связаны с семьёй. Когда все здоровы и всем довольны. Или когда мы всей семьёй поехали куда-нибудь. Дома каждый в своём графике, а здесь все в одном пространстве, никто никуда не торопится, все плотно общаемся друг с другом.

- Все мы мечтаем сделать Заволжск городом, привлекательным для туристов. Что, по-твоему для этого уже есть у Заволжска и чего ему не хватает?

- Предпосылки необходимые есть все: есть Волга, есть природа, есть имена. Нет инфраструктуры. А без этого не привлечь туристов.

Но не всё так пессимистично. Наверное, усадеб много в стране. Но не каждый район это изучил и развивает. В Заволжске же краеведение переплетено с астрономией. С точки зрения туризма это интересно. И это используется. Имя Бредихина звучит. До сих пор выявляются новые факты. Например, о том, что сын Бредихина застрелился, потому что ему не разрешили жениться на девушке из Платкова. Возможно, это мифы, но красивые мифы, которые имеют право быть. Есть связанные с Бредихиным темы, которые можно развивать.

Вокруг его имени можно и дальше строить работу. Пробивать идею с восстановлением усадьбы Погост. Возможно, попробовать получить грант, использовав связь музея с нашим институтом. Не факт, что сработает, но если ничего не предпринимать, то ничего и не получится.

- Бредихинские чтения – это как раз из этой темы, они будут продолжены?

- Пока это в моих силах, при поддержке местной власти Бредихинские чтения в Заволжске будут продолжаться. В следующем году планируем проведение седьмых Бредихинских чтений.

В этом вопросе мы очень плотно работаем с музеем и с администрациями города и района. Власть тоже выделяет деньги, решает ряд организационных, транспортные вопросы.

- А когда приезжают твои коллеги сюда на Бредихинские чтения, какие у них впечатления?

- У них восторг!Тихая природа, комфорт – заволжцы создают все условия для научной работы. Те, кто участвует в научных конференциях, понимают, что здесь делается всё возможное.

На плашке:

Михаил Сачков окончил в 1994-м – физический факультет МГУ. Доктор физико-математических наук, профессор Российской академии наук (РАН), заместитель директора Института астрономии РАН.

Он признанный специалист в области астрофизики и космических исследований. Занимается исследованиями в области звёздных пульсаций и астросейсмологии*. Разработал несколько совершенно новых методов изучения звёзд, позволяющих получать более точные результаты. Итоги его исследований представлены в более чем 170 научных статьях, опубликованных в ведущих отечественных и зарубежных журналах.

Михаил Сачков является заместителем научного руководителя проекта «Спектр-УФ» Федеральной космической программы России и руководителем темы НИР «Астрон-2» Федеральной космической программы России, редактором специальных выпусков журнала Astrophysics and Space Science по ультрафиолетовой астрономии.

Он ведёт подготовку научных кадров, осуществляет научное руководство дипломными работами студентов и аспирантов.

Михаил Евгеньевич внёс большой вклад в возрождение Бредихинских чтений. Обеспечил их поддержку со стороны РАН, привлёк ведущих учёных. Является председателем оргкомитета Бредихинских чтений.

Он активно сотрудничает с Заволжским художественно-краеведческим музеем. Передал ему более 50 уникальных экспонатов, среди которых книги и статьи Бредихина, фрагменты метеоритов.

* Астросейсмология исследует периодические изменения размеров звёзд, их сжатие-расширение вследствие внутренних процессов, что позволяет делать выводы о строении звёзд, их возрасте, химическом составе, определять расстояния до звёзд.

Елена Цветкова

«Авангард», 2019